Закрыть ... [X]

Вибе новый альбом 2018

Добавлено: 25.02.2018, 05:17 / Просмотров: 95441

вибе новый альбом 2018 МБОУ «Саргатский лицей»

«Научное общество учащихся «Поиск»

«Деревня в нашей памяти»

Выполнила:

ученица 9 «Б» класса

МБОУ «Саргатский лицей»

Юрлагина Екатерина Андреевна

Научный руководитель:

          Орленко Екатерина Викторовна

учитель истории и обществознания

МБОУ «Саргатский лицей»

 

Введение

Вопросы сохранения исторического и культурного наследия всегда актуальны, ими интересуются все: от историков и музейных работников до обычного человека. Очень интересно слушать людей пожилого возраста, которые рассказывают своим внукам об этих далеких временах, тем самым, передавая историю родного края из поколения в поколение. Самое интересное – это изучать историю, ведь ты узнаешь забытые тайны далеких времен, исследуешь свое прошлое.

Каждый человек обязан знать историю свой малой Родины. Но, к сожалению, в наше быстролетящее время многие села, города, деревни забываются, уходят в глубину прожитых лет. И если сейчас, пока нас не покинули жители, сохранившие в своей памяти историю деревни, мы не восстановим историю забытых нами мест, не сохраним документы, рассказывающие об их истории, то мы потеряем нить, связывающую нас с прошлым. Поэтому выбранная мной тема как никогда сейчас актуальна. Человек обязан сохранять исторические памятники, чтобы наши последователи знали свою историю. Люди, которые жили в исчезнувших деревнях и селах, никогда не смогут забыть свои родные края, названия улиц, те дома, в которых они провели свое детство. Они всегда будут с какой-то неимоверной грустью вспоминать свою молодость. Они будут хранить фотографии со своими уличными друзьями и родителями, в их памяти изредка будут пролетать легкие воспоминания, оставляя на их лице улыбку или наоборот – безграничную грусть. Все эти обрывки памяти они несут с собой до конца своей жизни.

Возможно, мы найдем ответы на многие интересующие нас вопросы, на примере поселенцев деревни Сибирская Саргатка.

Целью работы является изучение основания деревни Сибирская Саргатка.

В ходе работы, я хотела показать на примере небольшой деревни Сибири, основную тенденцию основания, развития и расселения, малых сел.

В работе использовали следующие методы исторического исследования:

  • Формирование представления об объекте исследования;
  • Поиск и анализ литературы;
  • Наблюдение на местности;
  • Собеседование с работниками Саргатского музея;
  • Беседы с людьми, некогда проживающими на данной местности (в нашем случае, со старожилами);
  • Систематизация полученной информации.

Чтобы найти ответы на поставленные вопросы, мы обращались в: Омский государственный историко-краеведческий музей, Омский Государственный Университет им. Ф. М. Достоевского, Саргатский историко-краеведческий музей, областную библиотеку имени А. С. Пушкина. Изучили много интересного материала об освоении  Сибири человеком, затем систематизировали полученную информацию.

 

 

  1. Первые описания Сибири

В глубины прошлого уходит история деревни Сибирская Саргатка. О том, какая она была раньше, о ее возникновении и развитии теперь свидетельствуют лишь документы архивов и исследования историков-краеведов…

Отсчет эпохи заселения русскими Сибири начался в 1582 году, после того, как столица Хана Кучума была захвачена дружиной Ермака.

«Дружина сказала: «Аминь!» — и с первыми лучами солнца, 26 октября 1582 года, устремилась к засеке, воскликнув: «С нами бог!». Неприятель сыпал стрелы, язвил казаков и, в трех местах сам, разломав засеку, кинулся в бой рукопашный, безвыгодный для Ермаковых малочисленных витязей; действовали сабли и копья: люди падали с обеих сторон; но казаки, немецкие и литовские воины стояли единодушнее, крепкою стеною — успевали заряжать, пищали и беглым огнем редели толпы неприятельские, гоня их к засеке. Ермак, Иван Кольцо мужествовали впереди, повторяя громкое восклицание: «С нами бог!», а слепый Кучум, стоя на горе с имамами, с муллами своими, кликал Магомета для спасения правоверных».[1]

Ученый  XIX века — Василий Васильевич Радлов писал о том, что самыми первыми жителями Западной Сибири были енисейцы.

В архивах публикуется информация, описывающая ландшафты и озера Сибири. В них говорится  о том, что в озерах водилась рыба: окунь, налим, язь, щука. На возвышениях Иртыша лежали ковыльные слани, которые были пригодными для пашни. Всюду находились березовые леса. Здесь также говорится о речке Саргатка, в которую вливалось три потока. Когда Иртыш разливался весной, вода затапливала луга и заходила даже в огороды. Вода стекала с лугов, и крестьяне торопились наловить и заготовить рыбы. «У кого был невод, возили ее телегами: налимы, щурагайки, мясистые язи, последние особенно хороши».[2]

Исток речки из заболоченного урочища — Катай. В неё впадала речка Большая Саргатка из Шипицина озера и Малая Саргатка, вытекавшая из озера Интенис. Сама речка протекает с юго–западного направления на северо – восток. А свое название она получила от имени татарского хана Саргатчика, который владел этими местами. Само слово «сарагат» тюркского происхождения, означает «быстрый, как воин». Но есть и другая информация, к примеру, профессор Н. А.  Томилов писал, что такое название произошло от легендарного остяцкого охотника Саургана.

На территории современного Саргатского района постоянных татарских поселений в XVI-XVIII веках не было. Татары приходили только на время рыбной ловли и охоты.

 

 

  1. Заселение Сибири

В 1744 году майор Нелюбов получил приказ о поиске вниз по  Иртышу новых форпостов. После того, как Нелюбов провел разведку, возвели три новых форпоста: Верблюженский, Кушайлинский и Ирчинский. В 1745 году разгорелась борьба между феодалами в Китае, вследствие этого пришлось строить новую линию укреплений, которая протянулась от Омской крепости до Тобола. Спустя время внутри форпостов стали строить казармы, офицерские светлицы, конюшни, продовольственные амбары. «Только в 1752 году свыше 1000 крестьян заявили о своем желании переселиться в район линии»[3]

В середине 17 века начинается резкое обострение в России классовых противоречий. Чтобы припугнуть людей, вышли следующие указы:

  1. Указ «Об отсылке бродяг и беглых в солдаты или ссылке в Сибирь» от 15 июля 1729 года;
  2. Указ «О приеме в Сибирь на поселение от помещиков, дворцовых, монастырских, государственных крестьян с зачетом их за рекруты[4]» от 13 декабря 1760 года.

В XVIII веке ссыльных начали делить на тех, кто был отправлен на поселение, колодников и посельщиков, которые заселяли землю по Московско – Сибирскому тракту. Изначально Сибирская Саргатка строилась, как почтовая. Ссыльные в Сибирь прибывали из всей Европейской России. Несмотря на все трудности и мучения, все ссыльные прижились в наших краях, завели хозяйства. Не прекращалось и тайное переселение в Сибирь тем, кому трудно жилось. Многие пытались найти приют, скрываясь от закона, гнета помещиков, беглые – из-под стражи.

 

  1. Жизнь, быт и культура жителей деревни

Деревня Сибирская Саргатка была основана на реке Нижняя Саргатка в 1765 году.  Вблизи находились следующие населенные пункты: Чернышовка, Ивановка, Загот-Зерно, Новооболонь, Крутиха, Сосновка, Андреевка, Крупянка, Кушайлы, Красный Путь.

Изначально деревню начали строить близ реки Иртыш, потом, вследствие потопа, люди переселились выше.

Сначала ее заселили поселенцы из деревни Крутихи Горьковского района. Первые годы все именовали ее, как Саргатка – Крутая или Нижняя Саргатка. Но крестьяне, которые там проживали, считали себя коренными сибиряками и еще были старожилами, в связи с этим деревню стали называть Сибирская Саргатка, в отличие от Поселковой Саргатки, основанной ссыльными.

Кроме крутихинских переселенцев были еще и такмыкские крестьяне. Селились в деревне и  ссыльные. Из воспоминаний жителей деревни: «ссыльными были Воробьевы, Чикаревы, Лопандины, Дробничевы, Зелененькие. Они селились в маленьких хатках на краю деревни, которую называли «нижним краем». Деревня имела две улицы верхнюю и нижнюю, которые назывались Тобольская (Приложение №1) и Тюкалинская (Приложение №2) соответственно. Почти все первые жители деревни русского происхождения».[5]

Переселенцы со временем обживались на новом месте, разводили домашних животных, чему способствовали выпасы и сенокосные угодья, занимались выращиванием овощей, охотой, рыболовством, а позже уже начали распахивать землю и сеять хлеб.

В 1900 году было запрещено переселяться в Сибирь по собственной воле.

В начале XX века в деревне уже насчитывалось 4 улицы и, примерно, 120-130 дворов.

На месте базы «Агрегатного завода» первоначально находился дом, по одним сведениям богатого купца, а по другим зажиточного крестьянина. Дом строился еще в те времена, когда только начиналась жизнь в Сибирке[6]. Предположительно в первой половине XIX века.[7]

Примерно в это же время с противоположной стороны деревни находился Кожевенный завод. К сороковым годам XX века от него остались лишь заросшие остатки фундамента и колодец с питьевой водой.[8]

В деревни так же было три ветряных мельницы и две кузни.

О крестьянских огородах и еде рассказывала, некогда жившая в дерене А. И. Овчинникова, урожденная Киргинцева: «На маслобойках били масло льняное, конопляное, рыжиковое, — говорила она. — Особенно конопляное мне понравилось, оно зеленоватое. Из муки кисель делали, в тарелках остудят, на куски разрежут, как холодец, и сверху польют маслом. После отделения масла оставалась избоина (жмых) конопляная – это начинка для пирогов, сладкая, как мак. Кулага тоже сладкая, ее ложками хлебали горяченькую или куском макали. Из кулаги делали сусло, пиво. Пиво приятное, все его хвалили. Эх, сейчас бы этого попробовать. В огородах росли огурцы, репа, брюква, тыква и даже арбузы, дыни. Морковь на пашне сеяли».[9]

В 1910 году в деревне была часовня в честь Пресвятой Троицы. Богослужения в этой часовне проводились на Пасху, Великий пост и часовенные праздники. Население деревни было примерно 260 душ. «Препятствий общения населения не было. Люди были православные старожилы. В Сибирской Саргатке была министерская школа. «Съезжий» праздник в Троицын день отмечается богослужением и хождением по домам со святым крестом. Так же была слесарная мастерская».[10]

Как и в других местностях были и бедные и богатые, вторых называли местными кулаками. Богатые жили в «верхнем краю» — на улице Тобольской, а бедные и ссыльные в «нижнем краю» — на улице Тюкалинской. Так же я хочу отметить, что старожилы деревни не помнят названия улиц, по их словам, в Сибирской Саргатке была одна улица – Центральная. К числу самых богатых относились: Харитон Фомич Щепеткин, имеющий 50 дойных коров; Федот Андреевич Белоусов и Андрей Григорьевич Кабаков. К серднякам относились: Клевакин Осип Андреевич, Клевакин Ефим Иванович, Кабаков Нефед Ильич и  Кабаков Егор Андреевич. В деревне также были мастеровые, к примеру, Шипицын Филипп Федорович был мастер на все руки, он сам мастерил ружья, замки и другую утварь, к нему обращались даже из других деревень и поселений.

В деревне было много однофамильцев. Самые распространенные фамилии: Шипицины, Клевакины, Кабаковы, Понамаревы, Бражниковы, Пушкаревы, Вдовины, Хохловы,  Епанчинцевы,  Кукарцевы, Поповы. «Вся Сибирка была одни Пушкаревы, да Епанчинцевы»[11]

Вечерами люди сидели с лучинами, девушки на посиделках пряли лен и пели песни. Одна из них была дежурной на посиделках, то есть зажигала весь вечер лучину.

«В 1887 году Клевакин Осип Андреевич привез в Сибирскую Саргатку первую лампу, все поселенцы деревни ходили посмотреть на эту инновацию».[12] Не менее интересным было появление в деревне таких новинок как самовар, швейная машинка, сепаратор и др. Здесь так же интересно проводили различные праздники: «на масленицу  жгли костры из соломы и прощались с зимой. Под Новый год катались на русских тройках, строили снежные городки, а потом рушили их. В Крещение девушки гадали. Перед Пасхой молились богу, грамотные читали «страсти Божие» на страстной неделе. В Пасху ходили дети по дворам и христосовались, то есть прославляли «воскресение Христово». В Рождество даже старые люди пели молитву: «Рождество твое Христе боже наш». В Троицу молодежь водила хороводы, ходила в лес, рвала цветы, плела венки и пускала их на воду. А уж если затевалась свадьба, так тут девушки пели на девичниках невесте печальные песни и провожали белую лебедушку в путь-дорожку, затем ехали дружки и свахи на свадебном поезде, невесту выкупали, увозили, и начиналось пиршество. Но такие пышные праздники могли устраивать зажиточные крестьяне. Бедный же люд только «созерцал» все это издалека и «глотал слюнки».

Постепенно у богатых цеп заменила молотилка, косу – косилка, но работников богатые люди держать не переставали. Лес с годами редел. Осталась «Дуброва» с восточной стороны деревни и две небольших рощицы с северо-западной стороны. Время шло, первые жители деревни давно покоились на старом погосте на «Задней улице» (Приложение №3). В деревне, в те  годы, уже насчитывалось около трехсот дворов, а если говорить точнее – 245 и 1746 жителей. (Приложение №4) Немного позже появилась улица Пеховка, недалеко от озера Чудского.

В селе были и грамотные, например, оружейных дел мастер Шипицын Филипп Федорович выписывал журнал «Вокруг света». В селе до революции существовала церковно-приходская школа. В ней было всего три класса, и располагались они в одной комнате. Школа стояла на месте «часовни» рядом с Межоновыми (жители деревни). Всего в школе училось девяносто учеников, и учила их одна учительница. Первые учителя тех лет: Чернакова Александра Ивановна (уроженка села Красноярка), Евдокия Ивановна Красноусова. Еще был священник Савилов Андрей Иванович, который преподавал закон божий. Также в школе преподавали грамматику и арифметику – Кабакова Вера Михайловна (Приложение №5). Когда приходил священник и начинался урок, то дежурный читал молитвы, такие как: «Отче наш» и «Царю небесный». В школу в те времена ходили с холщовыми сумками. Учились  в основном мальчики, а девочек родители не пускали; говорили, что грамота девочкам ни к чему. «Так Шипицына Екатерина была в доме старшей дочерью, а семья была большая, кроме нее семь человек. Она была очень способной и очень хотела учиться, но отец не позволял ей ходить в школу. Катя осталась неграмотной, хотя читать печатный текст она научилась от своих братьев Матвея и Ивана, которые ходили в школу. Матвей Филиппович затем стал волостным писарем, а Иван Филиппович врачом».[13] Возможно, эта любознательная девочка Катя могла бы стать учительницей, обладая такой замечательной памятью. Тоже происходило и с другими девочками того времени.

Эти сведения говорят о том, что в начале XX века Сибирская Саргатка являлась достаточно крупным поселением с развитым сельским хозяйством, торговлей и ремеслом.

  1. Период с 1917 года

В 1919 году через село проходила армия Колчака. В основном его армия шла по крутому берегу Иртыша, где были бои с партизанами-сибиряками в деревне Крупянка и деревне Крутиха. Колчаковская армия отступала в основном через село. «Шли и шли солдаты. По шоссе шли обозы. Ходить было страшновато, особенно девушкам.  Белогвардейцы и каратели грабили и стращали население нагайками, но в октябре их уже преследовали красногвардейцы. В городе Иркутске Колчак был схвачен. Затем по лесам стали появляться красные партизаны, близилась революция и в Сибири. В октябре месяце прошла разведка  вечером, затем приехал вестовой в красном шлеме и оповестил сельчан, чтобы они не зажигали огня. Было темно и тихо в ту ночь в Сибирской Саргатке. А утром следующего дня  прошли по деревне красные войска. Так началась советская власть в нашей деревне».[14]

Сначала представители советской власти раскулачивали кулаков, отбирали у них землю, скот и раздавали бедным. Кто сопротивлялся, ссылался за болото. Середняки сдали свое имущество добровольно государству. Затем было предложено организовать коллективное хозяйство. В колхоз шли неохотно. Советовались мужики меж собой: «Ладно, ли, мол, это будет?». Но позже уже вступали в колхоз. Первыми колхозниками были: Микенин, Павлов, Мальцев, Клевакин Андрей Осипович, Клевакин Василий Осипович, Бражников Илья Дмитриевич, Киргинцев Андриан и многие другие. Бедняки в колхоз шли охотнее, затем стали вступать в колхоз середняки.

На месте особняка (базы «Агрегатного завода») в начале советского периода был построен молочный завод, где били масла и готовили ряженку. Туда люди с соседних деревень и колхозов сдавали молоко. Вследствие того, что по всему СССР были введены налоги, люди были обязаны сдавать молоко с каждой коровы.

Первые колхозы были небольшие: «Хлебороб», «Пионер», «Сибиряк» и другие. Позднее появился колхоз «Имени Свердлова», спустя время на его месте организовали колхоз имени героя «Карбышева», в настоящее время на месте данного колхоза организованно СПК «Ивановское» — руководитель С. А. Мартынов. «Первыми председателями были Пушкарев Григорий Федорович, Огольцов. Занимались в основном земледелием и животноводством, сеяли пшеницу, рожь, ячмень, овес, гречиху, картофель, горох и другие культуры. Разводили коров, свиней, овец, кур и уток. Каждый колхозник, кроме работы в колхозе, трудился на своем приусадебном участке, имел  животных и птиц. В первые годы Советской власти колхозники имели совсем небольшой доход.

На месте базы «Агрегатного завода» стояла школа. Так же в деревне находился клуб – кинотеатр. У каждого Сибирского Саргатчанина была своя заимка в Ивановке. В деревне было два места с питьевой водой: возле школы и на развалинах Кожевенного завода». [15]

Но вот грянула Великая Отечественная война. Многие ушли на фронт. Учителя, труженики села, молодые ребята ушли защищать своих родных и близких, свою Родину. Многие отдали за Родину самое дорогое – жизнь. Во время войны тяжело было не только на фронте, но и в тылу. Надо было растить и убирать  хлеб, отправлять его на фронт нашим защитникам. Вязали варежки, носки, собирали посылки на фронт. Выстояли наши мужчины в боях, выстояли женщины и дети в тылу. «9 Мая 1945 года у сельсовета собрались все жители нашего села, заслушали приказ об окончании войны»[16]

  1. Исчезновение деревни

После войны жизнь кардинально изменилась. В 1948-1949 некоторые жители уходят из Сибирской Саргатки и образовывают деревню «Красный путь».

В 1949 году произошел повторный уход селян, с образованием деревни Ивановки. Крестьяне покидали родные места.

«В деревне стало не хватать строительного леса, далеко приходилось добывать дрова. Большие проблемы с питьевой водой. В реке Саргатка вода была не пригодная для питья, до Иртыша ходить далеко. Обнаружена была недалеко маленькая речушка Рытвина, но этой воды намного не хватило. Зимой долбили лед, его растапливали и этой водой пользовались. Большое значение для селян имела земля. А «солонешные» огороды не давали большого урожая».[17]

Этих причин хватало для того, чтобы люди стали уходить из нажитых ими мест.

  1. Воспоминания сторожил
  2. Белоусов Виктор Михайлович — 1958 г. р.;
  3. Белоусова (Початкина) Галина Васильевна — 1937 г. р.;
  4. Головачева (Олькова) Елена;
  5. Горланова Галина;
  6. Дубцова Раиса Степановна — 1928 г. р.;
  7. Клевакина Екатерина Викторовна — 1926 г. р.;
  8. Колобова (Мартынова) Светлана;
  9. Липунова Анна Ивановна — 1927 года;
  10. Макарова (Бражникова) Раиса Александровна — 1933 года;
  11. Мартынова (Дмитриева) Галина;
  12. Понамарева Зинаида Степановна — 1933 года рождения;
  13. Хохлова Мария Гордеевна — 1925 года.

 

Для большей достоверности я привожу автобиографические воспоминания жителей бывшей деревни Сибирская Саргатка:

«Сама родилась в 1937 году, а сын в 1958 году. Директором школы был Кабаков Степан Андреевич, у него есть дочь Кабакова  Галина Степановна. Мы там жили с 1942 года. Моего отца забрали только в 1942 году на фронт, предположительно на Сталинград, до этого у него была броня. Забрали его, и ни ответа, ни привета. Была повестка, о том, что он пропал без вести, и больше ничего нам не было. Я тогда маленькой была, три или четыре года, поэтому и отца не помню», — тут в разговор вмешался Виктор Михайлович: «Как сейчас помню, была улица, там было море куриц. И вот, напротив школы был дом, там были очень старые бревна, видать годов 200 им, уже черные, и там дверь открывалась в подвалы, и все там мазано было, сделано капитально, мы там еще в войну играли. Вот там, в подполье, было страшно, и мы ребятами все золото искали, и тут Васька нашел огромный рулон денег. Мы еще в магазин ходили, хотели купить, а они никакие были. Ну, они, наверное, Екатериновские еще были. Длинные были бумажки, смотришь на них и думаешь, что сейчас прикупишь вещей! Вот это было точно, как сейчас помню. А вот Межонов даже наган находил, этот барабанный семизарядный, он еще от кулаков остался. Потом его мать, наган этот в речку забросила, ну патронов там не было».

Галина Васильевна: « Мой папа в Андреевке председателем сельского совета работал, а потом председателем колхоза. С мамой не жила. Брат мой – Белоусов Алексей Васильевич умер, сам он с 1933 года. В семье нас было трое. У меня есть сестра с 1935 – Белоусова Зинаида Васильевна. В Сиб-Саргатке мы жили до 1986 года, я там работала почтальоном. Мы уехали самые последние. У меня два сына: один Виктор Михайлович 1958 года рождения, а другой Александро Михайлович 1963 года. Муж мой — Початкин Михаил Иванович с 1930 года, он тоже с Сиб-Саргатки. Моя свекровь Початкина Антонида Петровна  с 1907 года. У нее в семье было трое детей: один сын и 2 дочери. Моя первая учительница —  Гочевская Наталья Федоровна, учитель русского и литературы. В Сибирке и Шипициных было полно. У меня мама и папа Сиб-Саргатские, а потом отца по работе забрали. Сама я родилась в Андреевке».[18]

«Проживали в Сиб-Саргатке моя бабушка и вся ее семья, она оттуда родом —  Епанчинцева (девичья), а по мужу потом Головачева Федосья Фроловна, у нее было 2 брата Андрей и Александр. Бабушка с 1911 года. Родители умерли рано, и она в 8 лет была за хозяйку в доме. Еще старожилы оттуда Киргинцевы и Липуновы — это ее подружки были там. У бабушкиного деда была своя кузня».[19]

«Я родом из Сибирки (так мы ее называли.) Из рода Кабаковых. Знаю что старинный род, но о прошлом мало, что могу рассказать. Была очень большая деревня и расположена возле реки. Детство прошло изумительно. Задавайте вопросы, может, что и вспомню поподробнее. Как-то все сразу нахлынуло…».[20]

«Родилась в деревне Сибирская  Саргатка в 1928 году 27 декабря. Училась в деревне, закончила 7 классов. Мою любимую учительницу зовут Кабакова Полина Естеховна. Моих подруг звали Вдовина Капиталина Петровна, Епанчинцева Тамара Филиповна, Епанчинцева Полина Сергеевна. После школы я пошла, работать в колхоз, поскольку была война. Война началась в 1941 году, мы узнали про нее по радио. Жили на таборе, который находился  9 километров от деревни. На таборе мы боронили поля на коровах, сеяли вручную поля. Когда убирали хлеба, то женщины косили на конях на приводе, а мы откладывали кучки в сторону, в то время наши мамы их вязали в снопы и составляли в кучки по десять штук. У нас в колхозе был один трактор, на нем работал Пономарев Алексей Михайлович, а потом, когда его забрали на фронт, на тракторе работали молоденькие девушки.

В 1941 году отца взяли на фронт, нас в семье осталось четверо детей, мама и бабушка. Маму сразу попросили жить на таборе, потому что дома есть с кем оставить детей. Мы жили с бабушкой, а  мама приезжала только для того, чтобы привести дров, сено или соломы. У нас в те годы была корова, теленок, овцы и свиньи. Мы с бабушкой ухаживали и помогали ей убираться по хозяйству. В деревне у нас не было питьевой воды, были колодцы, но только для скотины. Была вода, а пить ее нельзя. Зимой долбили лед на речке, а после растапливали его на железной печке. Летом возили с Иртыша воду, кто как мог. А кто — то ходил на Иртыш с коромыслом — принесешь два ведра, на один день хватает, а на другой день опять идешь за водой. Хлеба давали по пойкам 500 гр. — 300 гр. тем, кто работает. Картошки тоже было очень мало. Собирали колоски весной по полям. Набирали колосков, а потом мололи на крупорушки и варили из нее кашу. Так и жили. Денег тоже не было, даже в колхозе работали за трудодни. Все шло на фронт, бывает, даже приходили и говорили, чтобы засушили картошку, и отдавали все это на фронт. На семьи еще и накладывали налоги, несмотря как она живет, хорошо или плохо: 300 литров молока, 100 штук яиц  и мясо полтары овчины. После войны я переехала в деревню Ивановка в 1985 году. Первым поселенцем был Кабаков Иван Авсентьевич».[21]

«Родилась в 1926 году в деревне Сибирская Саргатка,  в многодетной семье —  было 7 детей. Закончила 7 классов. Писать было не на чем, изредка давали лист бумаги и перо. В классе было 41 человек и на всех один учебник. С 12 лет начала работать в колхозе, выполняла все посильные работы. Особенно тяжело было в годы войны, когда все мужское население забрали на фронт. Годами жили на полевом стане (таборе), 9 км от деревни, домой ездили на быках  только в субботу и то не каждую. Летом сеяли, затем убирали хлеб, а зимой молотили и сушили. Делали все в ручную, было всего несколько комбайнов и колесных тракторов, основную работу выполняли на быках и даже коровах. Приходилось работать не только днем, но и ночью. Во время полевых работ работала на прицепе, закладывала дрова в топку. Зимой молотила, работала на сушилке, зерно носили тяжелыми ящиками. Замерзали, погреться было негде, иногда, чтобы согреться ложились на теплое зерно. Одну зиму работала с бригадой на заготовке леса. Изнурял голод, есть, было, нечего. На сутки давали 150-300 граммов хлеба. Тайком собирали колоски, обмолачивали их и варили кашу. Чтобы как-то притупить голод жевали зерно. Трудно было и с одеждой. Носили тяжелые сапоги из шкур животных и одежду из холста, сделанного своими руками. На домашнее хозяйство накладывали большой налог, все шло на фронт, себе ничего не оставалось.  После войны 21 год проработала в магазине продавцом».[22]

«В  Саргатке  проживали  все  мои родственники:  Мартыновы.   Мартынова  Евдокия  Федоровна 1894 года рождения, Мартынов  Ефим  Семенович  1893 года рождения. Их дети: Мартынова Вера  Ефимовна, Друковская  Надежда   Ефимовна.   Младшая дочь  Веры  Ефимовны: Половникова  Зоя  Васильевна, проживает  в  Саргатке. Она  многое  помнит, и  многое  может  рассказать о  Мартыновых». [23]

«Родилась 16 февраля 1927 года в Сибирской Саргатке, Омской области, Саргатского района. Награждена медалью: «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941- 1945 гг.». (вручили 23 января 2004 г.) Когда мы попросили рассказать о том, за что через столько лет она получила медаль,  Анна Ивановна только рукой махнула: « Да я и не помню уже ничего…». И все же постепенно память вернула ее в далекий 41-й,  когда уходили на фронт отец, а через полгода мама получила на него похоронку. Не на кого было больше положиться,  не от кого ждать помощи и поддержки. «Вот и пришлось мне бросить седьмой класс и идти работать в колхоз.  Жили в ту пору в Сибирке, существовала когда-то деревня такая в нашем районе, а табор полевой разбит был за девять километров от нее. Жили там месяцами. Домой не отпускали. Чего только не приходилось делать, ни от какой работы отказываться  было нельзя.  Летом пололи посевы, косили крюком хлеб, молотили, веяли. Все вручную, а нам по четырнадцать – пятнадцать лет. Но особенно тяжело было сушить зерно. Представьте, четыре печи по четыре метра длиной каждая. Топили не пиленными их дровами. Целый ствол в печь надо заложить. Спиной в стенку упрешься и толкаешь  его туда ногами. А потом еще и зерном сушилку заправить надо.… Да ещё и в домашних делах были матерям первыми помощниками».[24]

«Уроженка  Сибирской Саргатки. Родилась 18 ноября 1933 г.. Отец Макаров Александр Васильевич до начала Великой Отечественной Войны работал сапожником. Во время войны был ранен. Мать — Макарова (Пономарева) Вера Федоровна работала дояркой. Всего в семье было 5 детей. Самый старший сын — Иван Александрович, потом уже Раиса Александровна, Николай Александрович, Антонина Александровна, Николай Александрович. Школа была семилетка, закончила 6 классов. Начала работать еще ребенком, когда мне было 12 лет, так как началась война, мужчин забрали на фронт, кому-то же надо было работать на полях. Дома было большое хозяйство. Все дети помогали с раннего возраста, выполняли всю самую тяжелую работу: собирали в поле руками колосья, с полей вывозили на лошадях зерно, еще и успевали учиться. Свободного времени для отдыха у нас не было».[25]

«В Сибирской Саргатке  жили  Максимовы: Изот (отец моей бабушки. Год рождения моей бабушки – 1898.) Роман, Степан. Потом они переехали  в Красный путь. Дочь Степана вышла замуж за Киргинцева. Тетя Таня Киргинцева жила долго, много рассказывала о прошлом своим родственникам».[26]

«Детей нас было шестеро,  два брата схоронены,  еще,  когда отец был дома, до войны. Один с 1926 года, сестра живет с 1928; брат, который умер с 1930; я с 1933 года; сестра, которая умерла с 1935; и брат, еще живой, здесь живет с 1939 года. Большая наша семейка. А это вот дядька мой, тоже с Сиб-Саргатки, а вот отцов брат — Епанчинцев Иван Сергеевич. Вот мама моя в платке — Попова Антонина Дмитриевна, ее отец – Попов Дмитрий Егорович, точно не помню.  Дед мой был реабилитированный. Мы даже не знаем, где он находится, его могилу бы хотя бы знать. Его забрали в 1929-1930 году. Их, говорят, расстреляли. Потом у мамы еще братья были, и вот один брат, который в городе жил, он и начал хлопотать, искать отца, тогда ему и сообщили, что вашего отца расстреляли. В 1957 году вышла замуж, в 1958 я родила сына, а потом так получилось.… В Сиб-Саргатке у нас одна улица была. Была церковь, она какая-то приходская. Приход был не постоянный. В церковь не ходили, сами пешком под стол топали. Мать, верующая у нас, бабушка тоже верующая была. С бабой Мариной прожили мы почти всю жизнь. Моя бабушка — Епанчинцева Марина Федотьева, муж ее Епанчинцев Сергей Федотьевич. Как сейчас вспоминаю, как мы подкапливали эти копны, вот так окапешка, подъедет копновоз, так объедет, верёвка длинная, мы эту верёвку туда затопурим, у лошади сзади встанем, парни тронут эту лошадь, и это копна поехала. Там была Сиб-Саргатка одни Пушкарёвы, да Епанчинцевы. Мой брат с 1939 года – Владимир Степанович. С 1926 его не успели назвать, а с 1930 года Иван, с 1928 года Раиса Степановна, 1933года —  это я, а с 1935 Зайцева Мария Степановна. Раньше разбойники жили в Сиб-Саргатке, а разбойничали вон где, в лесах. Сиб-Саргатку начали строить на берегу Иртыша, а когда вода разлилась, наши родственники поднялись. Мои родственники коренные Сиб-Саргатчане. Приезжали и с Крутихи, отовсюду были. В Ивановке у каждого из Сиб-Саргатки была своя заимка. Мама умерла уже как 18 год. Сама она с 1905 года, а умерла 12 февраля 1996 года, ей было 90 лет. Кабакова Александра Ивановна — она моя тетя двоюродная, моему отцу двоюродная сестра. На маслозаводе работало прилично народу. А потом, когда  школу построили, нам там было хорошо. В 7 классе мы уж жеребцы были, ведь это сейчас отдают в 7 лет, а нас — то отдавали в 9, да в 10.Ходить — то не в чем было, один сидит у окна, другая из школы идёт. Один из школы заходит,  другой скорей сапоги, фуфайку и пошел в школу. А сейчас уж не знают что нарядить. Они и учатся так. И вот мы, ну а что, мы голодные же ходили, есть нечего  было — картошка, да и все. Мы сидели в школе, а директор сидел тут, в учительской, Кабаков Степан Андреевич, ну мы там все сидели, сидели, и нам надоело в школе сидеть. Уже вторая смена, урок кончился, у них перемена проиграла, звонок  на второй урок, мы тихонечко, по-одному, из этой школы. Тут надо идти — директор увидит за окном, а мы кругом обошли и ушли. По деревне нас собрали всех, пригнали! Вот сейчас вот пригони, попробуй! Ну вот пришли мы, и начали поднимать нас: «Ты, почему ушел?», а мы урок не выучили, «я есть захотел» ну все встали и есть захотели. У нас один ответ был, ну и всем плохо нам поставили. Тогда были оценки отлично, хорошо, посредственно, плохо и очень плохо. Ну, нам всем и вкатили. И боялись! Так почему мы пошли на это, когда погнали нас в учительскую? Если мы не пойдем, то наутро нам с родителями идти. А родители — то на работе, попробуй, отними! У нас бабушка была Марина, она с нами водилась, а мама у нас на заимке жила и домой не могла прийти. От субботы до субботы работала. Они и спали и работали в лесу. Ну, избушки были, вот они и жили в этих избушках. Я бы с удовольствием пожила в той жизни! Пускай даже вот плохо ели, питались плохо, но такой дружный народ, были все друг за друга. Боже избавь, если я тебя вдруг толкну, тут все собираются! Они меня не будут бить, они меня морально убьют! Я  завою и на колени встану перед этим человеком. Во,  как было! Лучше был народ.… Сейчас мало хороших людей осталось. Я родилась в Сибирке, доила там коров. Колхоз был очень большой. Частники тут пригонят коров, и, например, в мае выгоняем коров, все сгоняем туда и уже вечером берем ведро и идем доить. В улицу коров не гоняли. А зачем говно в деревне? Теляток там, рядом был пригончик, тоже пастухи были. И вот мы идем туда вечером доить коров, и пойло принесли теленочкам, корову подоили, и домой приходим. И утром так же теленочкам пойло несем, коров подоили, и домой идем. Так домой — то придешь, это сейчас так на газе чик и сделал, а раньше русская печка!  Вот бывало, затопишь ее и поставишь два здоровенных чугуна картошки варить. Пока ходишь, свиней, коров поишь, придешь, а оно там все сгорело. Дрова — то сгорели, ну и выгребаешь  их оттуда, а эти чугуны вытаскиваешь. С чугунок почистишь картофеля, и зажаришь. И суп также ставишь в эти угли. После войны мы лучше стали жить. У нас дед Сергей, баб Маринин муж, он в финскую войну погиб. Она так и прожила. У нее от него осталось 3 сына и одна дочь. Сын один умер рано маленьким, а эти двое жили, женились потом. Все выросли,  и теперь уже все — в земле. У нас очень большая деревня была, и у нас только один человек был, у которого машина была. А домов было, наверное 300 или 400 у нас. Старая, зажиточная у нас деревня была. Я доила, мама моя свинаркой была, а брат мой на конюх ездил. Дома по первой улице, перевезенные с Сибирской Саргатки,в Ивановке (Приложение №6,7,8,9) – Кабакова Дмитрия Нефедьевича, Соловьева Назара Кирилловича, Шипицына Сергея Григорьевича. Сейчас второй дом закрыт, по семейным обстоятельствам. Мы вот бывало в войну бегаем, забежим в огород, выдернем морковь, ботву уберем и едим. Мы ее не мыли, хотя рядом стояли бочки с водой. И огурцы так же. Раньше мы так любили запах машины, а сейчас химия сплошная. Мне уже было 19, когда мы уже на таборах жили. Нас из  Сиб-Саргатки  туда угоняли. Мы там все делали. И пололи, и сеяли, и веяли. Но ведь спать-то не хочется, детство. Мы вот бывало с табора в Андреевку на танцы, ночью, лесом, бегом, босиком. Была у нас кузница колхозная.  В деревни было две школы, но одна школа так же являлась клубом. Теперь он разрушен. А вечером мы бегали туда, но нас не пускали, ученики были тогда. И мы подчинялись. В окно бывало, пялимся, ну а что  там в окно увидишь? По очереди то тот, то другой. Было три ветрянки (ветряные мельницы), сначала они были частные, а потом уже стали колхозные. Одна была моего деда — Попова Дмитрия Егоровича, у него маслобойка была, вот сейчас масло бьют рыжиковое, да всякое. Думали, что он батраков держит, а дед – то не держал батраков, из-за этого его и раскулачили. У него была жена бабка Анисья».[27]

«Родилась 16 июня 1925 года в деревне Сибирская Саргатка, Омской области Саргатского района. Во время войны работала в тракторной бригаде – трактористкой.  Девчат в бригаде было трое, они работали на колесных тракторах. С весны и до поздней осени жить приходилось на полевом стане.  Домой в деревню  только по субботам.  Первое время очень боялись даже к трактору  прикасаться, но позже освоились.  Если трактор ломался, то его разбирали, находили изломанную деталь, и с ней шли в Саргатку, в мастерскую, за 20 километров пешком. Ремонтная бригада из Саргатки по колхозам выезжала очень редко.  Порой трактор трудно было завести,  тогда на помощь пригоняли лошадей.  Запасных частей почти не было. Чтобы детали трактора не шатались, их порой привязывали веревочками.  Мальчишки-подростки до рычагов не могли достать,  так им ящики подставляли.  На работу бригадир поднимал очень рано,  а заканчивали работу уже ночью. Зимой из Сибирской Саргатки ходили в Саргатку в мастерскую ремонтировать трактора.  В деревне зимой подросткам тоже работы было много.  Таскали воду с речки,  чтобы напоить колхозный скот,  заготавливали дрова.  К концу войны около деревни почти весь лес вырубили, поэтому за дровами приходилось ездить на лошадях в дальние леса (где сейчас расположена деревня Ивановка). Вечерами женщины и девочки вязали варежки и носки.  Собирали посылки и отправляли на фронт. К концу войны девчонки – трактористки уже хорошо управляли тракторами, самостоятельно производили ремонт, даже по звуку могли определить неполадки в тракторе. После войны продолжала работать в колхозе».[28]

Начав свои поиски в Интернете, я нашла одно очень интересное объявление, которое было напечатано В. Кокшеневым:

«Мои предки проживали на территории Тобольской губернии (Омской области) Тюкалинского уезда (Саргатского района), примерно с 1740 г. до 1980 года в деревне Сиб-Саргатка. В лучшие годы своего развития (начало XX в.) в деревне насчитывалось 4 улицы и было около 120-130 дворовых хозяйств. Через деревню проходил старый сибирский тракт с Тары на Омск. Церковь, где проходили все обряды и церковные службы, находилась в д. Крупянка Горьковского р-на (расположена на противоположном берегу р. Иртыш). Водным сообщением между д. Крупянкой и п. Заготзерно с д. Кушайлы (где раньше был казачий форпост) был паром или для этого был лодочник с собственным баркасом (до 5-6 чел), который за умеренную плату перевозил людей с берега на берег. Его звали все просто «сибиряк». Кроме сельского хозяйства жители занимались охотой и рыбалкой. Здесь можно было поохотиться на зайца-беляка, лисицу, куницу, колонка, хоря, горностая, ондатру, тетерева. Вокруг д. Сибирская Саргатка расположено много водоемов: р. Таловка, р. Саргатка, р. Иртыш, оз. Черное, оз. Чудское, оз. Бикуль и т.д. На юг от деревни расположен большой лесной массив, в простонародии называют «Дикий мыс». На север — большой березовый участок леса или «Большая Дубрава». Там же, на берегу озера, в 60-80х гг. находилась база отдыха Омского шинного завода. В годы советской власти был создан колхоз им. Д. М. Карбышева. В него входили три населенных пункта: Сибирская Саргатка, Ивановка, Красный Путь. В настоящее время, Сибирской Саргатки, увы, нет. Деревня исчезла, так как примерно к середине 80-х годов XX века выехал последний житель в деревню Ивановка. Теперь эта территория принадлежит Омскому агрегатному заводу и используется как охотоведческое хозяйство. Стоят постройки и дом, где проживает лесник. В березовой роще или в Малой Дубраве сохранился деревенский погост, где покоятся мои родные. Буду признателен за любую информацию. Возможно, кто-то уже занимался сбором материалов по Саргатскому району».

Историк Вячеслав Кокшенев говорил: «Наша педагогическая династия могла бы укомплектовать среднюю школу», — рассказал журналистам Кокшенев. В числе его родственников были учителя истории, математики, экономики, физкультуры, философии, астрономии, географии, физики, музыки. Например, двоюродный дед писателя, учитель литературы, писатель Глеб Пушкарев в 1926 году стал организатором первого съезда писателей Сибири и выпуска первых книжек для сибирских детей. Бабушка Вячеслава Кокшенева обучала детей на дому, а все шестеро ее детей также выбрали учительскую стезю».

 

 

 

Заключение

Цель, поставленную перед началом моей работы, я выполнила.

Были найдены ответы на все поставленные вопросы:

  • Впервые историю освоения Западной Сибири начали изучать еще в каменном веке античные историки и писатели, но отсчет эпохи заселения русскими Сибири начался в 1582 году, после того, как столица Хана Кучума была захвачена дружиной Ермака;
  • Деревня Сибирская Саргатка была основана на реке Нижняя Саргатка в 1765 году. Изначально ее заселили поселенцы из деревни Крутихи Горьковского района;
  • В те года в деревне было очень много однофамильцев, и самыми распространенными фамилиями были: Шипицины, Клевакины, Кабаковы, Понамаревы, Бражниковы, Пушкаревы, Вдовины, Хохловы, Епанчинцевы, Кукарцевы, Поповы.
  • Были и бедные и богатые, вторых называли местными кулаками. Богатые жили в «верхнем краю» — на улице Тобольской, а бедные и ссыльные в «нижнем краю» — улица Тюкала. К числу самых богатых относились: Харитон Фомич Щепеткин, имеющий 50 дойных коров, Федот Андреевич Белоусов и Андрей Григорьевич Кабаков. К середнякам относились: Клевакин Осип Андреевич, Клевакин Ефим Иванович, Кабаков Нефед Ильич и Кабаков Егор Андреевич. В деревне также были мастеровые, к примеру, Шипицын Филипп Федорович;
  • Во время ВОВ многие ушли на фронт. Учителя, труженики села, молодые ребята ушли защищать своих родных и близких, свою Родину. Многие отдали за Родину самое дорогое – жизнь. Во время войны тяжело было не только на фронте, но и в тылу. Надо было растить и убирать хлеб, отправлять его на фронт нашим защитникам. Вязали варежки, носки, собирали посылки на фронт. Выстояли наши мужчины в боях, выстояли женщины и дети в тылу. 9 Мая 1945 года у сельсовета собрались все жители нашего села, заслушали приказ об окончании войны;
  • Раньше, в Сибирской Саргатке существовал молочный завод, потом на его месте поставили школу. Спустя время на трассе Омск-Тара образуется новый молочный завод (в Красном Пути), и в 1948-1949 люди переселяются во вновь созданную деревню Красный Путь;
  • Основная масса рабочих мест была связанна с работой на заимках, которые находились в районе будущей деревни Ивановка. В 1949 году из-за нехватки строительного леса, дальней вывозки дров; ухудшения качества воды, пригодной для питья, произошел повторный уход селян в новую деревню Ивановку.

Мы пришли к выводу, что изначально деревню строили для охраны форпостов.

Существовала она до конца 19 века за счет того, что через нее проходил Сибирский тракт.

После того, как было запрещено свободное переселение в Сибирь, Сибирская Саргатка потеряла свое прямое назначение. В первые годы советской власти жизнь деревни поддерживали организации колхозов, совхозов и переработка молока на молочном заводе. Но так как жители сельским хозяйством занимались в основном на заимках, которые располагались на месте современной деревни Ивановка, также работали на новом молочном заводе в деревне Красный Путь, вследствие этого люди стали переселяться ближе к месту работы. Так же большую роль в распаде деревни сыграла региональная трасса области, проходившая через деревни Ивановка и Красный Путь

 

 

 

 

 

Список литературы

  1. Вибе П. П., Михеев А. А., Пугачева Т. М. «Омский историко — краеведческий словарь»- 1994г.
  2. Газета Саргатского района «К Новым рубежам» за № 60 от 20.05.1980 года.
  3. Газета Саргатского района «К Новым рубежам» от 10.01.1996 года.
  4. Громыко М. М. «Западная   Сибирь в XVIII в. «Русское население и  земледельческое освоение» — Новосибирск, 1965, стр. 23, 98.
  5. Карамзин Н. М. «История государства Российского» — Московского гуманитарного университета, 2009 год; стр.386.
  6. Колесников А. Д. «Заселение русскими лесостепи Прииртышья» — Омск, 1964г.
  7. Колесников А. Д. «Русское население Западной Сибири в XVIII-начале XIX века» — Омск, 1973 г.
  8. Крысин Л. П. «Толковый словарь иноязычных слов» – Москва, 2000 г.
  9. «Культура русских в археологических исследованиях: сб. науч. ст.» (2 Всер. науч. конф.)-Омск, 2005г.
  10. Куроедов М. В. «Из истории освоения русскими Омского Прииртышья в XVIII веке» — Омск, 2002г.
  11. Матвеев А. В.«Отчет об археологической разведке в Саргатском, Большереченском, Крутинском, Тюкалинском,Колосовском районах Омской области летом-осенью 2000 года»-2000г.
  12. Палашенков А. Ф. «Иртыш – естественный рубеж» — неопубликованная статья.
  13. Саньков М. И. «Саргатское притяжение» — Омское книжное издательство, стр.73.
  14. Альбом «История Сибирской-Саргатки» за 1967 год.

К источникам у Интернета:

  1. http://www.protown.ru/information/hide/6558.html
  2. http://wiki.iteach.ru/index.php/
  3. http://sib.net/contens/history/

 


Источник: https://sargatka.wordpress.com/


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Ещё статьи по теме: САРГАТСКИЙ Историко Краеведческий музей
Новое по пенсиям в 2018 году
Новые российские сериалы о войне 2018
Сколько стоит прием у фатимы хадуевой в 2018 году
Хит фильм 2018 трейлер
Фильмы 2018 смотреть хорошем качестве hd 1080 викинг


Вибе новый альбом 2018 Вибе новый альбом 2018 Вибе новый альбом 2018 Вибе новый альбом 2018 Вибе новый альбом 2018 Вибе новый альбом 2018

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ